Интевью на радио "Эхо Москвы", 16 Марта 2000 г.
 
 

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы"
Андрей Макаревич, певец, композитор, лидер группы "Машина времени",
и Алексей Романов, лидер группы "Воскресенье".

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что за странная идея этого концерта - "50 лет на двоих"? Что объединяет-то?
А.РОМАНОВ: Объединяет нас жизнь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тогда нужно "150 лет на троих", "180 лет на шестерых".
А.МАКАРЕВИЧ: Нет, у нас все по-честному. Действительно в один год исполнилось 20 лет "Воскресенью" и 30 лет "Машине времени". Тут никто ничего не подгонял, так само собой вышло. Глупо было бы как-то вместе это не отметить. А потом, несмотря на то, что мы духовно и человечески необыкновенно близки, как-то так получалось, что мы вместе-то и не играли никогда. За исключением того отрезка времени, когда Леша Романов был вокалистом группы "Машина времени". Это было давно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Многие ходят на концерты Ваши, Алексей, на концерты Ваши, Андрей. В чем будет уникальность этого концерта? Почему люди, которые уже походили на Ваш концерт и на Ваш концерт, должны пойти туда? Может, вы каждые сто лет будете собираться, я понимаю, но тем не менее?
А.РОМАНОВ: А вдруг некоторые люди, которые ходят на "Машину", никогда не были на "Воскресенье"? И наоборот.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Хорошо, а если ходят туда и туда, в чем задумка?
А.МАКАРЕВИЧ: На самом деле, меня страшно греет тот факт, что… У нас ведь очень любят конфронтацию, в нашей стране. Это любимая игра. В детстве мы спорили до первой крови, кто главнее, "Битлы" или "Роллинги". Я знаю массу людей, которые выясняют между собой отношения на предмет "Машины времени" и "Воскресенья", приводя самые невероятные аргументы. А концерт происходит следующим образом: мы не по отделениям трудимся, а мы играем все вместе.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как вместе?
А.МАКАРЕВИЧ: Вот так. Мы сидим на сцене одновременно и играем вместе песни и наши, и "Воскресенья". Это такой большой джем-сейшн. Поэтому я надеюсь, что этой мнимой конфронтации таким образом, во всяком случае для тех, кто придет на концерт и увидит, будет конец положен.
А.РОМАНОВ: И начнется истинная конфронтация…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы сказали, Андрей, странную вещь. Вы сказали о том, что Вы будете играть вместе песни и "Воскресенья", и "Машины времени" и петь. Я пытаюсь смоделировать…
А.МАКАРЕВИЧ: Это надо увидеть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я могу сейчас с двух дисков задать одновременно две разные песни, наверное… Это, конечно, надо увидеть. И конечно, в этом уникальность концерта.
А.МАКАРЕВИЧ: Причем, я могу сказать честно, при том, что мы ответственно всегда подходим к этим концертам, мы практически не репетировали. Потому что выяснилось, что мы настолько хорошо знаем песни друг друга, что репетиции не требуются. Вот так.

А.ВЕНЕДИКТОВ: На самом деле, если бы вы так хорошо друг друга знали, вы бы играли в одной группе. Нет?
А.МАКАРЕВИЧ: Нет, это была бы группа с очень большим количеством музыкантов. Это был бы камерный оркестр.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А чем плохо? Ну камерный оркестр и камерный оркестр. Люди бы ходили.
А.МАКАРЕВИЧ: Нет, ну зачем же? Если может быть две хороших группы, зачем из двух хороших делать одну?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Все равно не понимаю. Я пытаюсь вспомнить прецедент подобных концертов… У меня что-то в голову не укладывается, не могу вспомнить. Вы можете вспомнить?
А.МАКАРЕВИЧ: Пожалуй, нет. Так и здорово.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как это вообще придумалось? Тогда это риск, это мощный риск.
А.МАКАРЕВИЧ: Я могу сказать, как это придумывалось. Четыре года назад у меня был с Борей Гребенщиковым концерт в "России". Там я придумал, что зачем мы будем по очереди выходить на сцену? Сядем и будем петь песни друг другу, как раньше на кухне делалось. Он пел мне свои новые песни, а я ему. И это очень здорово прошло. И когда настало время делать с "Воскресеньем", мы решили попробовать то же самое. Сначала мы думали, что мы просто будем играть по очереди. А когда группа "Воскресенье" заиграла, у нас руки зачесались, и мы стали подыгрывать. И получился нормальный джем-сейшн - то, что и должно быть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А у Вас какое было ощущение?
А.РОМАНОВ: Мне эти люди…

А.ВЕНЕДИКТОВ: И ткнул пальцем: вот эти люди…
А.РОМАНОВ: … просто по жизни дороги, по судьбе. Поскольку у нас гастрольная жизнь у тех и у других, увидеться, прийти в гости - это нереально. Когда мы в Москве, они где-нибудь в поездке, и наоборот.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И вы решили собраться на сцене.
А.РОМАНОВ: Да, здесь мы наконец-то можем увидеться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: На сцене, публично увидеться.
А.РОМАНОВ: На сцене - это такая радость.
А.МАКАРЕВИЧ: Я могу открыть еще одну карту. Конечно, на самом деле это просто сольный концерт отсутствующего здесь Жени Маргулиса с двумя аккомпанирующими составами. Поскольку он многостаночник у нас, он играет и там, и там, и еще кое-где, по слухам.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Мрачно сказал Макаревич… Мы переходим к нашему электронному голосованию. У нас есть спор с Андреем Макаревичем. Вашим голосованием мы решим одну очень важную проблему личную, для меня например. Мы с Андреем заспорили, с чем ассоциируется слово "смак" - с его передачей, с ним самим имеется в виду, или с чем-то другим, все равно с чем. Я прошу наших слушателей, независимо от того, любят они "Воскресенье" или "Машину времени" или не любят, любят они Венедиктова или не любят, просто принять участие в голосовании и ответить на следующий вопрос: "С чем для вас ассоциируется слово "смак": с программой Макаревича или с чем-то еще?". У нас еще подарочек от Андрея и Алексея. У нас есть несколько пар билетов на этот концерт. Это обнаружилось только что, и мы пока придумали только один вопрос: "Сколько человек в этом совместном концерте будет на сцене?". Кстати, когда будет концерт?
А.МАКАРЕВИЧ: Будет он 18-го марта, в субботу, в 19:00 в Кремлевском Дворце съездов.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Итак, звонок.
СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Владимир. Я думаю, что восемь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Откуда Вы взяли, что восемь? Это называется, назовите всех поименно.
СЛУШАТЕЛЬ: Макаревич, Маргулис, Кутиков, Ефремов, Романов, Капитановский. Не знаю, Никольский будет или нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Будет Никольский?
А.МАКАРЕВИЧ: Вообще, если быть честным, то на поставленный вопрос товарищ ответил.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А уже билеты выиграны, это я просто спросил.
А.МАКАРЕВИЧ: С фамилиями, конечно, пошла некоторая путаница.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, фамилии Макаревич и Романов правильно названы? Владимир, два билета у Вас в кармане. С кем пойдете?
СЛУШАТЕЛЬ: С сыном.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А сыну сколько?
СЛУШАТЕЛЬ: 11.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сын, небось, не любит.
СЛУШАТЕЛЬ: Он просто любит музыку. На концерте "Машины" не был никогда, но сходит.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Опрос закончен. 479 человек позвонило. Пополам практически. Но, тем не менее, большинство все-таки слово "смак" узнало от тебя - 52 процента. А 48 - нет.
А.МАКАРЕВИЧ: Ну что ж, перевес есть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Научил народ новому слову, и то хорошо. Таким образом, я выиграл, а Андрей проиграл, чтоб вы знали. Спасибо, кто поддержал меня. Я теперь хочу представить песню группы "Воскресенье". У меня тут новый диск, "Номер один" написано. Это песня называется так?
А.РОМАНОВ: Песня номер один. Называется "Посмотри, как я живу". Мой друг Евгений Маргулис сразу придумал, что это адресовано журналистам, которые у нас берут интервью, спрашивают об одном и том же.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как Вы живете? Я только приготовил вопрос…
А.РОМАНОВ: В этой песне уже по крохам собрана информация о нашей грешной жизни.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Будем считать, что я Вам задал этот вопрос, а Вы мне этим отвечаете.
А.РОМАНОВ: ОК. -

А.ВЕНЕДИКТОВ: Билеты на концерт вроде бы уже продали, но, может быть, они еще в каких-то театральных кассах?
А.МАКАРЕВИЧ: Во-первых, что-то неожиданно всегда появляется в последние минуты. Во-вторых, тот, кто хочет, он найдет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Для тех, кто забыл, что этот концерт будет, мы поставим песню "Лифт" "Машины времени".
А.МАКАРЕВИЧ: Прежде чем она зазвучит, я хочу сказать, что это мы сегодня по радио хвастаемся новыми песнями, а на концерте, конечно, будут звучать и новые, и старые, проверенные десятилетиями.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Уже десятилетиями! Полвека на двоих - с ума сойти! 30 лет и 20 лет для группы… Я, честно говоря, не очень слежу, за редким исключением - за исключением ваших и еще двух-трех групп. Мало таких "стариков", с таким стажем?
А.МАКАРЕВИЧ: У нас мало. В мире вообще много.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А почему?
А.РОМАНОВ: А мы позже начали.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как это позже? 20 лет тому назад еще некоторые зайчики не родились, что называется.
А.МАКАРЕВИЧ: Я думаю, что мы просто начинали в то время, когда изначальный заряд был больше. Это больше имело отношение к какому-то мистическому, к велению духа, чем к работе, коммерции, труду на сцене. Мне кажется, что просто мы помешанные были на этом деле. Частично это помешательство сохраняется.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот это важно. А то мало ли, были помешанными, стали не помешанными.
А.МАКАРЕВИЧ: Нет, немножко осталось.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что такое 30 лет тому назад? Андрей, сколько тебе лет было, когда все начиналось?
А.МАКАРЕВИЧ: 14.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Между 14-летним пацаном и сорокалетним мужиком есть, наверное, разница в восприятии мира.
А.МАКАРЕВИЧ: Конечно. И песни меняются.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, ты знаешь, я сейчас послушал "Лифт", и что-то насчет "меняется" - понятно, не в плохом смысле - я не заметил. Я прислушался, что называется. Вопрос на пейджер от Николая Андрею Макаревичу: "Куда делась Ваша вечерняя передача и выйдет ли она в эфир?".
А.МАКАРЕВИЧ: Я бы с удовольствием продолжил передачу "Абажур", но решение принимаю не я, а руководство канала ОРТ. Мне трудно влиять на их выбор. Ежели они захотят, чтобы она продолжилась, они меня востребуют.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Алексей, а то, что Андрей, - группа на десять лет старше, но тем не менее, - Вам не хотелось заняться тоже чем-то телевизионным?
А.РОМАНОВ: У меня впереди еще десять лет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я как раз ровно это и имел в виду. На самом деле, отношения с телевидением и с радио какие у ваших групп? Я уже не по поводу тебя, Андрей, а по поводу групп. Вот транслируют концерты - и, по-моему, всё.
А.МАКАРЕВИЧ: Нет, периодически появляются клипы. Может быть, не так часто, как у молодых команд, и не так их много крутят, но тем не менее появляются. Трудно сказать, я не могу в двух словах сейчас сформулировать наши отношения. Вообще к нам относятся хорошо.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Алексей, а у вас?
А.РОМАНОВ: Отношения с радио и с телевидением, конечно, чисто человеческие и очень теплые. А что до клипов, у нас их нет ни одного. Иногда звонит взволнованный режиссер и говорит: "Старик, вам необходимо снять клип". Я говорю: "Сними, голубчик".

А.ВЕНЕДИКТОВ: Он говорит: "Дайте денег", видимо.
А.РОМАНОВ: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну… Надо думать о пропаганде искусства вам.
А.РОМАНОВ: Для этого есть специально обученные люди.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос на пейджер: "Будет ли на концерте еще что-нибудь, кроме пения?". Я вопрос не понял, но ретранслирую его.
А.МАКАРЕВИЧ: Имеются в виду танцы…
А.РОМАНОВ: Доставание кроликов из цилиндра…
А.МАКАРЕВИЧ: В принципе, мы разучиваем один парный танец, но он не совсем готов. Я не знаю, можно ли на кремлевскую площадку - все-таки ответственное место - выносить эту неподготовленную вещь.
А.РОМАНОВ: И с карточными фокусами мы как-то тоже не очень ловко.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кстати, группа "Машина времени" и группа "Воскресенье" в Кремле - это как? Нонконформисты.
А.МАКАРЕВИЧ: Да, это вопрос хороший. На самом деле, так получилось. Просто на запланированный нами день других залов не было. В Москве, как это ни странно может показаться, колоссальные проблемы с залами. Их мало, и они расписаны на год вперед.

А.ВЕНЕДИКТОВ: О-о, это серьезно.
А.РОМАНОВ: Да и Кремль уже не тот, что был.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, все равно с чувством священного восторга, с чувством глубокого…
А.МАКАРЕВИЧ: Я много лет не хотел в этом зале выступать.
А.РОМАНОВ: Но после Стинга и Монтсеррат Кабалье уже не страшно.
А.МАКАРЕВИЧ: А также "Манхэттен-транш"…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, это хороший вопрос: с каждым шагом все ближе и ближе к Кремлю.
А.РОМАНОВ: Вполне мог быть Мавзолей Макаревича.
А.МАКАРЕВИЧ: Знаешь что…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, там он как-то окружает: то Васильевский спуск, теперь…
А.МАКАРЕВИЧ: Не Васильевский спуск, а Красная площадь, извините.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Хорошо, Красная площадь - а теперь зашел с другой стороны, с тыла. Вот интересно, кстати, вам безразлично, как известные люди относятся к вашему творчеству?
А.МАКАРЕВИЧ: Для меня "известные люди" - такого понятия нет. Надо называть конкретные имена.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Хорошо, как Алла Борисовна? Я человек простой.
А.МАКАРЕВИЧ: Мне интересно, как она относится. А.РОМАНОВ: Безусловно, интересно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А чье мнение вам еще интересно? А.МАКАРЕВИЧ: Я могу назвать людей - скажем, Боря Гребенщиков, "Несчастный случай", Кортнев.
А.РОМАНОВ: И так далее. Гарик Сукачев, Володя Шифрин и так далее.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Народ спрашивает про "фанеру", у нас все просто. Аркадий спрашивает.
А.МАКАРЕВИЧ: Еще не выпилили. А.РОМАНОВ: Еще не завезли.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос у него простой, в лоб: "А что, опять будет "фанера", как на 25 лет?".
А.МАКАРЕВИЧ: На 25 лет не было никакой "фанеры", поэтому я даже не знаю, как продолжать этот диалог.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А диалог продолжать очень просто. Забыли про себя, а как вы вообще относитесь, грубо говоря, к Паворотти "под фанеру"?
А.МАКАРЕВИЧ: Как вы относитесь к обману? Я плохо отношусь к обману.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А почему это обман?
А.МАКАРЕВИЧ: Потому что в таком случае на афишах должно писаться, что концерт исполняется под фонограмму.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Почему? Люди пришли, получили чувства.
А.МАКАРЕВИЧ: Они послушали пластинку. Они получили имитацию чувств.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Алексей?
А.РОМАНОВ: Если балетный коллектив будет показывать видеозапись, а потом выходить и кланяться? Вообще, конечно, это искусство - пение под фонограмму. Для тех, кто много снимается, нужно естественно выглядеть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это другое искусство просто, да?
А.МАКАРЕВИЧ: Я бы даже слово "искусство" здесь немножко…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Искусство в смысле деятельность. "Скажите, пожалуйста, как и где можно достать билет на ваш концерт?". Выигрывать надо было.
А.РОМАНОВ: Каких-нибудь две недели назад они еще были в продаже.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что вы будете делать, когда вам будет 64 года обоим? Вы вообще себя видите?
А.РОМАНОВ (поет): When I was older…
А.МАКАРЕВИЧ: Я думаю, что все нормально будет. Я надеюсь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: "Скажите, пожалуйста, как вы относитесь, например, к Интернету, чтобы транслировать он-лайн какой-нибудь свой концерт или что-нибудь?" - спрашивает Андрей Жуковский.
А.МАКАРЕВИЧ: Наш концерт транслировался в Интернете на наше 30-летие. Была такая инициатива от Радио-101. Я думаю, это все равно будет происходить, потому что совершенно не важно, как каждый из нас к этому относится, это развивается с такой скоростью, что не обращать на это внимания просто глупо.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Алексей?
А.РОМАНОВ: Я ничего не знаю про трансляцию по Интернету. Это вполне возможная вещь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: "Планируете ли вы выпуск концертного альбома?" - спрашивает Александр. Этого, видимо, концерта. А.МАКАРЕВИЧ: Посмотрим. Как сыграем.

А.ВЕНЕДИКТОВ: "Пора менять название вашей группы, Андрей. Не "Машина времени", а "Машина безвременья". Я уж не знаю, как название группы, но песенку написать о безвременье - это было бы смешно, на самом деле. А у Вас не "Воскресенье", а наоборот. А.МАКАРЕВИЧ: "Понедельник".

А.ВЕНЕДИКТОВ: Или по-другому.
А.РОМАНОВ: Что-то типа "Успение".

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. Телефонный звонок.
СЛУШАТЕЛЬ: Андрюша и Алексей, голоса настолько у вас похожи, что прислушиваешься - и кто из вас…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы какого Алексея имеете в виду?
СЛУШАТЕЛЬ: Венедиктова. У Вас с Макаревичем голоса - ну просто как братья!

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я не замечал. Кроме того, я знаю только две ноты - ля и си. Спасибо большое. Для меня это комплимент, для Андрея - оскорбление… Следующий звонок.
СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Михаил. Вопрос к Андрюше. В КВН Вас тут пародировали. Как Вы к таким вещам относитесь?
А.МАКАРЕВИЧ: Замечательно. Особенно если это смешно. В КВН было смешно, и мне очень понравилось. А если неудачно пародируют, становится неловко за того, кто пародирует, потому что уж если шутишь, так…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но без обид?
А.МАКАРЕВИЧ: Ну какие могут быть обиды!

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, мало ли какие бывают обиды. Обиды бывают разные. "Несколько лет назад, в 1995-1996 году, выпустили диск "Старые песни о главном". Где можно купить этот диск?".
А.МАКАРЕВИЧ: Выпустили диск не мы, а компания "Синтез". Это была просто фонограмма новогоднего фильма. А где его купить можно, не знаю. Я думаю, что их раскупили уже давно. Это было не вчера.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Мы будем надеяться, если удастся концерт, а я надеюсь, что он удастся, что это будет нечто особенное в любом случае, да?
А.МАКАРЕВИЧ: Хочется верить.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Надежда умирает последней. Но не вера. Вера не умирает вообще. Мы будем надеяться, что диск, и мы будем на "Эхе Москвы" надеяться на ваш диск. И нашим слушателям, которым не удалось пойти на этот концерт, может быть, удастся через нас послушать частично хотя бы ваш концерт. Алексей помрачнел… Он, наверное, считает… что?
А.РОМАНОВ: Я вспоминаю, какая же телевизионная программа собиралась его снимать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Второй канал, да?
А.РОМАНОВ: Да, РТР. В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" были Андрей Макаревич, певец, композитор, лидер группы "Машина времени", и Алексей Романов, лидер группы "Воскресенье".