Отчёт о питерском концерте «Машины Времени» 21 ноября 2002 года в БКЗ «Октябрьский».

Автор - Шурик_С-Пб (П.)

Цветное полотно, как и полагается на машинном концерте, во всю заднюю стенку сцены, подвешенное на двух металлических шестах, со стилизованной рыбой, плывущей направо, с выплывающей из левого нижнего угла жёлтой субмариной, несущейся на встречу с гитарой в противоположном углу, которая, в свою очередь, грифом целиться на нарисованную в ярких синих и оранжевых кругах трубу. И всё это под светом яркого лево-верхнего Солнца.
На сцене, помимо проводов, колонок, и прочей непонятной аппаратуры, стояли стандартно три микрофона в ряд, около которых примостилось 5 гитар, правее и несколько позади разместились державинские синтезаторы со склонённым над ними микрофоном. Посередине, на самом заднем плане, но на возвышении, не менее стандартно, стояла барабанная установка Валерия Валентиновича, к которой с двух сторон тянулась пара микрофонов. А вот, что выбивалось из общего привычного фона, так это три прибарных высоких стула, также, правда, сопровождаемые микрофонами, с круглой седушкой, без спинки, но с подножкой для ног, бодренько выровнявшиеся слева от центра. Признаться, первое о чём я подумал, так это то, что эти стулья для бэк-вокала, смущала лишь стоящая посередине их стройного ряда гитара.

Я сижу на третьем ряду, за сиденье от центрального прохода. Справа от меня – Шурик_С-Пб (Б.), слева – Андрей Ухин, мой бывший одноклассник, левее него, на приставленной табуретке охранник <нет! не Андреин!>. Семнадцать минут назад было объявлено, что, из-за затруднённого проезда по улицам Санкт-Петербурга <у нас был снегопад>, концерт задержится на двадцать минут. У ног моих пакет с виниловой пластинкой «В добрый Час», с диском «И т. д.» и с прочими музыкальными вкусностями, из которых названые – мои, и ещё два диска Шурика. Андрей был со своей рабочей толстой папкой <мы его прямо с поста сорвали>, в которой, по его словам, все наши билеты на «Машину» вместе взятые.
Сетуя на то, что я не взял своего рабочего блокнота, обращаюсь к товарищам, в поисках какой-либо пригодной для писания бумаги. Ухыч великодушно вырывает три листа из своей записной книжки <это важно – так как без них не было бы этого отчёта; можете сказать ему «спасибо!», или наоборот... в зависимости от вашего мнения о моём творчестве... =)>. Я достаю диск «Хорошей Медленной...», ручку, пристраивая всё это поудобней на колене и... гаснет свет...

Началось. На сцену под аплодисменты и строчки из статьи «Рагу из синей птицы» выходят двое – Ефремов и Маргулис. Занимают свои стратегические точки и... «Старые песни! Хиповые сны! Незаживший след «Битлов», портвейна и весны!..» Когда Валерий начал отбивать, разумеется, не предупредив, на своём самом большом барабане, я испугался – на столько мощный был звук! Ко второму куплету появляются оставшиеся трое. Макаревич, как всегда, с опущенной головою, Кутиков, быстро и легко шагая, Державин, задерживаясь у Маргулиса, дабы полминуты поколбаситься. Посередине песни произошёл казус, который Макаревич, после её окончания прокомментировал так: «Маргулис так волновался, что забыл слова!» Пришлось тому же Макаревичу Евгению Шулимовичу помогать...
«Так уж вышло, что в Питере сложилась такая традиция – испытывать что-то новое. Когда мы начинали к этому концерту готовиться, было такое чувство, что не мы эти песни писали». Идут «Люди в Лодках».
«Счас будет что-то страшное!» – Пугает нас Макаревич, предвещая «Черно-белый Цвет». Надо сказать – это было что-то необыкновенное! Rock-n-Roll forever!!!
«Ну ладно, держитесь» – сказано мимо микрофона, как бы невзначай. «В круге чистой воды». Допев, Маргулис заметил, что он «пел ёе в последний раз в 76-ом году!»
Заканчивается «Блюз о вреде пьянства», начинается «Право», к сцене подходит молодая девушка с тремя аккуратно и вполне симпатично упакованными розами. К ней тут же подскакивает «наш» охранник <я начинаю уговаривать Андрея подложить ему на табуретку кнопку> и тонко ей намекает, что, мол, цветы положи и иди на своё место. Девушка упряма. Удаляется вправо, но через некоторое время возвращается к середине с безмолвной мольбой воззрившись на Макаревича. Песня закончилась. К ней снова подходит охранник. Крики из зала: «Андрей <вряд ли это моему товарищу =)>, возьми цветы! Защити девушку!» И прочее... Кричит не один голос... Но Андрей <ни мой, ни Макаревич> цветы взять не соизволил. Девушка аккуратненько кладёт их на край и уходит. Жалко...
В это время на сцене Андрей Вадимович говорит: «Это, по-моему 84-ый год». «83-ий» – поправляет Кутиков. «Кутиков дольше живёт: я ему верю» – замечает Андрей Вадимович и выдаёт «Скворца» с классическим вступлением! Шурик справа подвывает от удовольствия – его любимая песня.
«Давайте иногда возвращаться в наши дни». - «Место, где свет».
«Спускаясь к Великой Реке» с вечно качающейся головой Кутикова.
«Побьём 79-ый год»! – заявляет Андрей Вадимович, и бьёт его песней «Кого ты хотел удивить?», замечательно распевая с Маргулисом припев.
Далее все летают на «Картонных Крыльях» и отмечают «День Рождения».
«Ежели кто-то помнит слова или имеет спонтанное желание, может петь с нами!» Лично мне сразу становиться понятно, что счас будет «Наш Дом». Зал поёт... но слабо...
Макаревич рассказывает душещипательную историю о том, как они ездили в Тбилиси и встретились там с Борей Гребенщиковым, который и пригласил их в Питер, где они на первом сейшне самой первой исполняли эту самую песню. Тут же вопрос с хитрым прищуром: «Может, кто-то, из здесь сидящих, был тогда там?» «Был! Был!!!» – ответ ему. Довольно улыбаясь, Макаревич заводит «Битву с Дураками». Прошу заметить, что букву «и» в словах «когда последни-и-и-ий враг упал...», Маэстро тянул 18 секунд <подтверждено независимой шуриковской экспертизой!>!!! Это рекорд! На «ХХХ лет», если я не ошибаюсь, «и» тянулось лишь одиннадцать...
Закончив бой, и, осознав на сколько их осталось мало, бравая гитарная троица перемещается на стоящие особняком стулья <так вот для чего они!> и замечая, что «когда-то у нас были и тихие песни» исполняют «Самую тихую...». Так же к «тихим» были отнесены «Телега», «Снег», «Флаг над Замком», «Мы расходимся по домам» и «Костёр», после которого и вернулись в центр сцены... Где и замечательно забахали «Барьер»! Всю замечательность исполнения подтверждает тот факт, что Ефремов не удержал одну из своих палочек, которая, тем воспользовавшись, описала плавную дугу и грохнулась не далеко от Маргулиса, что вызвало слегка виноватую улыбку у Валерия Валентиновича.
Э-э-х!!! Старые добрые «Марионетки»!!! «Лица стёрты, краски тусклы...» Э-э-эх, смородина!!! Допев припев, Макаревич кричит: «Кутиков, давай!» И Кутиков дал! Да ещё как!!! Такого заразного «Ля-ля-ля-ля!!!», с таким серьёзным лицом исполняемое, я никогда в жизни ещё не слышал!
Когда «Марионетки» уже заканчивались, к сцене подошёл какой-то пьяный мужик, которого охранник вновь попытался отогнать. Когда же ему это удалось нашему взору открылась бутылка трёх-звёздного коньяка! Надо ли говорить какими аплодисментами она была встречена? =) Но это ещё не конец истории! Следующий шёл «Шанхай Блюз»... И вот Макаревич, по традиции подбегая к краю сцены, дабы сделать нам отмашку на подпевку, скользит случайно взором по бутылке. Явно терзаемый сомнениями он возвращается к микрофону, откуда около полминуты наблюдает, закусывая в раздумьях нижнюю губу. В конце концов, доиграв свою партию, он вновь быстренько шествует к краю, где подбирает столь беспокойный предмет и, показывая его прочим Машинистам, водружает около барабанов. Было слышно, как поющий Маргулис борется со смехом...
Не менее интересная сцена ждала нас и на следующей песне: «Не стоит прогибаться под изменчивый мир». После спетой первой строчки на сцену из-за левой кулисы выходит... Розенбаум!!! С целой охапкой цветов! Самое интересное, что Макаревич его не видел и продолжал петь до тех пор – пусть и без полного музыкального сопровождения – пока его не одёрнул Александр Викторович: «Вадимыч, погоди!» Вот тут-то произошло братание великих! Даже Валерий Валентинович резво вылез из-за своих барабанов для дружеского рукопожатия и обмена милыми улыбками. Когда Александр Яковлевич положил букет цветов под ноги Андрею Вадимовичу – в руках-то гитара! – Макаревич заметил: «Под ноги – как покойнику!» Розенбаум подошёл к микрофону: «Я тут долго за сценой думал-сочинял, но ничего, кроме четверостишья в голову не пришло:
Русские, таджики
С арабами, евреями
30 лет балдеем мы
От «Машины Времени»!»
Взмахнув руками, под гром аплодисментов удалился.
«Музыка под снегом»
«Ты или я»
«Три окна». Сзади настойчиво хриплым голосом подпевал мужик.
Крик из зала: «Поворот давай!!!» Макаревич, лукаво этак склонив голову на плечо: «А потом что?»
«За тех, кто в море». Поют все! Кутиков машет над головой сжатыми в кулак с вытянутыми большими пальцами руками и откровенно отдыхает. Признаться, напевая до боли знакомые слова еле боролся со слезами...
Но, что самое интересное, что ещё лучше, чем «За тех, кто в море», народ принял следующий далее «Разговор в Поезде»!
«А теперь у нас есть предложение спеть такую песенку, как...» «Скачки» – кричат Шурики_С-Пб с третью зала и оказываются правы!
Долго ждал, когда же Машинисты споют «Синею Птицу»... Когда они её запели, мне стало интересно, кто будет исполнять роль Петра Ивановича – оказалось, Кутиков. Ну что ж... достойно...
«Поднят ворот; пуст карман. Он не молод и вечно пьян!» И вновь, по традиции Андрей Вадимович скачет со своей гитарой вдоль сцены! Весело! Народ окончательно разошёлся. У меня стал садиться голос...
«А теперь... совместными усилиями столицы нашей Родины и города на Неве в 2469 раз исполняется старинная народная!!! Поворот!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!» «Мы себе давали слово – не сходить с пути прямого, но...»
«Евгений Маргулис! Александр Кутиков! Андрей Державин! Валерий Ефремов!!!» «И Андрей Макаревич!!!» Айда на поклон! И вот в этот момент к сцене подбегает тётя с букетом белых цветов – Макаревич лихо улыбаясь подпрыгивает к ней и протягивает руки, но... тётя цветы прячет! Андрей Вадимович возвращается в строй Машинистов и за цветами выходит Александр Викторович. Вот так то! Из принесённых цветов Макаревич берёт маленькие розы в горшочке и, по-моему, что-то ещё <букет первой девушки он так и не взял... =(>, все кланяются и уходят. Но мы-то не лыком шиты: мы знаем – они вернуться! Так и есть: «Он был старше её» и «Свеча»... Они уходят... На этот раз навсегда...

Оставив Ухыча в гардеробе с нашими номерками мы, Шурики_С-Пб, несёмся к служебному входу. Идёт снег. Я догадался одеть пиджак под куртку и не сдавать свою шапку, Шурик же был в одной рубашке на футболку... Идиоты!!! <это я о нас!>
Для меня главное – Валерий Валентинович! Мне надо ему отдать «подарок» на День Рождения – мой рассказик, посвящённый ему. Достав из пакета свою виниловую пластинку, обложку «И т. д.», «письмо» Ефремову и ручку, встал на изготовку. Шурик рядом с «Медленной Хорошей Музыкой» в руках. Народу, надо сказать, меньше десятка. В прошлый раз больше было.
Минут через двадцать пять из-за двери опасливо выглядывает Ефремов, явно в клочьях снега кого-то выглядывая. Расписавшись не глядя какому-то мужику с рыжей бородою, он обернулся ко мне, повторяющему как заклинание «Валерий Валентинович, будьте так любезны!..» Передаю привет от Ольги Лебедевой из Америки <Red Rose, ты не против?> и пытаюсь, заикаясь всунуть ему свой «подарок». Он смотрит на меня как на идиота, снисходительно улыбаясь... Выгляжу, на самом деле, наверное, глупо... В конце концов, он говорит «Да, конечно», забирает мои листы расписывается на пластинке и удаляется внутрь БКЗ. Мне принесли куртку...
Следующим шёл Александр Викторович... В этот раз автограф у него был взят <в прошлый – у него руки были заняты подарками...>.
Розенбаум. «Будьте любезны на диске дружественной группы...» – это я, заискивающе улыбаясь...
Потом оживилась охрана, все повываливали на улицу... Вышел Евгений Шулимович... Пока я его окликал и протягивал свою пластинку, охранник дважды успел меня оттолкнуть и сказать: «Не лезь на рожон!» зловещим тоном. Но автограф тоже взят, правда, не с той стороны, с которой хотелось бы... Но и за то, разумеется спасибо!
Вышел Державин. Чмокнул в щёчку ожидавшую его девушку. Глянул на меня... на мою пластинку и пошёл... мимо... Не его размер, видимо... Хотя, если честно, я терзался сомнениями: стоит ли брать автограф у Андрея на такую раритетную вещь, но он сам развеял все мои сомнения...
«Андрей Вадимович!» – это я. «О-о-о, с какими раритетами стоят!» – это он мне, глядя на мой «Good Luck»... Я ему протягиваю ручку и подставляю обложку «И т. д.»... Мне показалось, он был приятно удивлён... Когда он заканчивал автограф на пластинке, я сказал, понимая исключительность момента и показывая на его сольную обложку: «Хорошая работа!» «Да, мне тоже нравится».

 

Шурик_С-Пб (П.), лично собравший все автографы Машинистов, лелея надежду на встречу с Петром Ивановичем. <Спасибо за внимание... =)>

P.S. Признаться, читая отчёты московских коллег о концертах мечтал почувствовать ту волшебную энергетику, о которой они так заманчиво писали. Скажу честно: ни в прошлый раз, ни в этот чуда не свершилось... =( Во-первых: я сидел близко к сцене и поэтому звук для меня был несколько суховат... Во-вторых: у меня плохое зрение, а сквозь линзы взятых по исключительному поводу очков – это уже не то... =( В-третьих: молодёжи в зале было очень мало и, как результат, хлопали сдержанно, пели сдержанно, вели себя... «Яму» перед сценой не разобрали: два часа пришлось сидеть, хотя так и хотелось вскочить, но сидящий рядом охранник, который поворачивался ко мне стоило мне шевельнутся или запеть, отбивал у меня всю охоту... Одним слово, было очень круто, но до полного кайфа не дошло... =((( И всё же, по прежнему, именно присутствие на сцене Ефремова приносило мне наибольшее удовольствие! Правда, странно?.. =)


Концерт "Машины Времени" в БКЗ "Октябрьский" 21 ноября 2002 года.

Автор - Flack     

--- То, что до... ---

Честно говоря, я не любитель концертов, а на Машине был и вовсе в первый раз, так что сравнивать мне не с чем, могу лишь излагать незамутненным слогом :)

Билет я взял у себя на ст. метро в театральной кассе. На пятницу дешевых билетов не осталось, так что пришлось удовлетвориться последним билетом на четверг. Не ожидал я аншлага, честно говоря. Приятно ошибиться по такому случаю :)

--- То, что непосредственно во время... ---

За полчаса до концерта я должен был встретиться с одним человеком с моего пратчеттовского форума, дабы обменяться с ним дисками игрушек по Пратчетту. Договорились встретиться у памятника рядом с БКЗ.

Добравшись до БКЗ и обнаружив искомый памятник, я взглянул на часы. Без двадцати шесть. "Хмм..." - изрек я и решил побродить по окрестностям. Чтоб я еще раз... в общем, окончательно уверившись в том, что город я ну ни фига не знаю, я наконец-то подошел к БКЗ, даже почти не опоздав.

БКЗ произвел явное отрицательное впечатление. Звук был, конечно, мощный, но все-таки резковат на мой взгляд. А явно советская архитектура БКЗ и соответственно зал... не ну знаю... не по мне это как-то.

Что касается аудитории - моложе себя я видел человек пять. Что ж, вполне ожидаемо. Что расстроило откровенно, так это большое количество человек, которые явно мало имели представление о МВ и пришли вообще непонятно зачем. Это подтвердили и разговоры по телефонам на "моем" балконе и ничтожное количество зажженных зажигалок, пожалуй, некоторое подобие "искусственного" освещения воцарилось только на последней "Свече". Ну, хоть что-то. Самое интересное, что по балкону ходила тетенька из БКЗ и пыталась заставить народ гасить зажигалки, мда...

О программе - тут все ожидаемо. Бест оф зе бест, как говорится. Помнится, по "Нашему Радио" я слышал интервью Макаревича, в котором он клятвенно заверял, что "Синей птицы" не будет... Брехня :) К счастью, "оно було".

Попытаюсь восстановить список песен...

"Старые песни! Хипповые сны! Незаживший след «Битлов», портвейна и весны!.." - не помню такого к своему стыду, либо что-то из жутко раннего, либо просто мне неизвестного. Шло как интро.

"Люди в лодках" - почти незнакомая мне песня.

"Черно-белый цвет" - хорошо, очень хорошо. Зал немного раскачался, "непробиваемого" балкона это не слишком коснулось :(

"В круге чистой воды" - незнакомая мне, жутко старая песня. Ну что поделаешь, на молодых машинистов не надо жутко хулить. В свои неполные 17 немудрено, что я не знаю песни, которая, по словам Маргулиса, исполнялась в последний раз в 76, или 78, не помню точно.

"Блюз о вреде пьянства",
"Право" - По большому счету аналогично, даже название я позаимствовал из отчета Shurik_S-Pb с оф. форума "Машины...". Ну не знал, не знал :(

"Скворец"

"Место, где свет" под первые зажигалки

"Спускаясь к великой реке"

"Кого ты хотел удивить?"

"Картонные крылья любви"

"День Рождения"

"Наш дом" - как я боялся, что ее не будет. Одна из моих любимых песен. Пел вместе с залом... кхм... точнее с той его частью, что все же пела. Балкон расшевелили частично... и то хлеб.

"Битва с дураками" - и история о первом "сейшне" "МВ". Интересно, те кто кричал из зала, действительно были там?! :)

Кутиков, Маргулис и Макаревич уходят на левую часть сцена, садясь на заранее приготовленные стулья барного типа. "Медляки" - подумал я. И само собой не ошибся.

"Самая тихая..."

"Телега"

"Снег" - "Снег, город почти ослеп..." Ух ты, справа от меня кто-то предпринял попытки подпевать. Неужели.

"Флаг над Замком"

"Мы расходимся по домам" - Моя абсолютно любимая песня МВ. Кайф аз есмь.

"Костёр"

Возвращение на центр сцены. Народ жаждет "Поворота", "Скачек" и т.д.

"Барьер"

"Марионетки" - да, они сделали это, зал запел. Ура, товарищи. Больное горло дает о себе знать. Пытаюсь забить и жрать "Минтон". Мндя...

"Шанхай Блюз"

После чего какой-то человек подносит к сцене бутылку, как выяснилось позже, коньяка. Бурные аплодисменты. Макаревич относит бутылку к барабанной остановке. Оглушительные аплодисменты :)

Но это было далеко не все :) "Не стоит прогибаться под изменчивый мир" - Только Макаревич начинает петь, на сцену выходит Розенбаум с пятью букетами. Андрей, не заметив этого, продолжает петь, но его останавливает Кутиков. Трогательная сцена рукопожатий и объятий, резво выбегающий из-за барабанов Ефремов и слова Розенбаума, обращенные к залу:

"Я тут долго за сценой думал, сочинял, но ничего, кроме этого четверостишия в голову не пришло:
Русские, таджики,
С арабами, евреями,
30 лет балдеем мы
От "Машины Времени"!" - цитата конечно неточная, но я ее так запомнил :)

Розенбаум уходит под бурю аплодисментов.

"Музыка под снегом"

"Ты или я"

"Три окна"

Народ требует "Поворот". Макаревич иронизирует и поет "За тех, кто в море". Зал раскачало.

"Разговор в поезде" - одна из любимых. Нестройный хор голосов обнаруживается даже на балконе.

"Скачки" - зал слышно ненамного меньше, чем Кутикова :)

"Синяя птица" - вот она родимая. А мы боялись...

... в 2469 раз "Поворот". Кто-то встает, я в том числе - почти единственный на балконе (в след. раз залезу в долги, но на балкон больше ни ногой :()


Кланяются, уходят, но всем все понятно... они вернутся... так и есть...

"Он был старше её" и "Свеча". - Мне, наверное, скажут, что я не прав, но последней песней хотелось бы услышать "Я сюда еще вернусь". Странно, но факт.

Теперь они уходят окончательно.

--- То, что после... ---

Иду к метро. Вспоминаю, переживаю. Жаль, что не было "В круге света", "Лифта", "Дня, когда все мы сойдем с ума", "Странных дней", "Я сюда еще вернусь", но и так - два с половиной часа. Впечатлений море, все положительные. Молодцы, "Машина Времени", все было просто супер, скорее бы повторить :)

P.S.: Все дни после слушал "В круге света". Почему же не было? Ну да не мне решать, хотя все равно жаль... жаль...

P.P.S.: Всей отсутствовавшей там молодежи - вы много упустили, ребята, очень много. Я вам от души сочувствую.

 

Горячая и ароматная пицца, недорого, в Кирове с доставкой на дом.