АНДРЕЮ МАКАРЕВИЧУ ПРОСТО НЕ ХВАТАЕТ ВРЕМЕНИ
Андрей Макаревич. Разговор с Рок-музыкантом о поэзии, музыке и времени.

- За тридцать лет жизни МАШИНЫ ВРЕМЕНИ больше было приятного или неприятного?
Андерй Макаревич: Всяко было... Я как-то не суммировал, не считал... Не могу сказать, что какие-то конкретные годы были лучше, чем остальные. В творческом отношении, по-моему, все было очень ровно. Очень ровно мы шли. Не было у нас никаких специальных всплесков или, наоборот, зависаний.
- А кто-то из наших рок-н-ролльщиков специально что-то такое искусственное устраивает?..
А.М.: Н-н-не знаю...
- Вы много чего переслушали, много кого повидали. Кто сегодня вам любопытен? Что сейчас вам интересно из нашей рок-музыки?
А.М.: Немногое... КВАРТАЛ, НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ... В основном все.
- А те, кто ныне моден у молодежи, - МУМИЙ ТРОЛЛЬ, СПЛИН?..
А.М.: (Гримасу, которую изобразил на своем лице Андрей Вадимович после этого вопроса, к сожалению, фотограф "Музыкалки" Сергей Шаруба запечатлеть не успел. Ее надо было видеть!!! - О'К) ...Ну не знаю. Меня, конечно, не тошнит от них, но есть ощущение, что я могу без этого обойтись.
- Тогда что вы ищете в современной музыке: слова, новые технологии, что?
А.М.: Никогда не знаешь, что тебя зацепит. Бывает, слово, бывает, музыка, где-то состояние.
- Иначе говоря, за последнее время никаких открытий вы для себя в российской музыке не совершили?
А.М.: Угу...
- А в западной?
А.М.: И там нет ничего особенного.
- Все уже сделано?
А.М.: Нет, сделано еще не все. Но это, знаете, как с книгами: у меня есть ощущение, что годам к тридцати пяти я прочитал все, что было нужно. Примерно то же самое с музыкой. А вот если говорить про меня, то, глядя на сделанное, скажу вам, что могу делать что-то другое еще много и долго и мне совсем не обязательно для этого что-то слушать.
- Вы представляете МАШИНУ ВРЕМЕНИ лет через десять? Что это будет за группа?
А.М.: А зачем представлять? Поживем эти десять лет - увидим, увидите все сами.
- Ага, то есть вы собираетесь прожить эти десять лет в том числе и с группой?..
А.М.: Я ничего не собираюсь. Глупо собираться что-то делать, что от тебя не зависит.
- Вы живете сегодняшним днем...
А.М.: Живу, пока я живу.
- Не планируя ничего...
А.М.: Почему? Планирую. Завтра, например, поехать на природу планирую. Если пойдет дождь, я туда не поеду. Вот и все. Чего заниматься прожектерством впустую?
- К своему юбилею МАШИНА себе сделала подарок?
А.М.: Сделала. Но не себе. Зачем нам подарок, который мы сами себе подарим? Это подарок, так это назовем, по-вашему, тем, кто нас слушает до сих пор, - видеофильм про группу.
- Сегодняшней молодежи, вы считаете, нужен экскурс в историю о МАШИНЕ ВРЕМЕНИ? Или же все-таки лучше пусть она воспринимает вас такими, какие вы есть сейчас?
А.М.: Вы это у нее спросите, у молодежи, - нужно им что-то знать о нас или нет. Мы никого не заставляем слушать МАШИНУ ВРЕМЕНИ.
- Но, наверное, хочется, чтобы вас слушала именно молодежь...
А.М.: Мне совершенно неважно, какого возраста люди нас слушают. Я ориентируюсь на нормальных людей, я не ориентируюсь на возраст.
- Вы как-то сказали, что рок-музыка - это музыка дилетантов. Я ничего не наврал?
А.М.: Было такое, конечно.
- Можно немножко расшифровать...
А.М.: А чего ж тут расшифровывать? Эта музыка была создана, она родилась как продукт деятельности самодеятельных музыкантов, а самодеятельные музыканты - это практически народные музыканты. Рок-музыка - это такой... демократический... демократический вид искусства.
- Когда вы слушаете кого-то, вам все равно, как это сыграно или спето? Не режет иногда слух, что искорка-то, душа в человеке есть, но уж оформлено все это дело неумело?.. Коряво...
А.М.: Если будет коряво, то ты душу там не услышишь, поэтому желательно иметь и то, и другое. Надо иметь что сказать и уметь это сказать.
- А если текст хорош, а музыка - плоха?..
А.М.: Ботинки хорошие, а ноги кривые, да?.. О чем мы говорим... Значит, не надо этому человеку петь текст, наверное, значит, надо читать его как стихи. Или научиться писать хорошую музыку, не спешить выносить на публику первые свои опусы.
- Кто бы, на ваш взгляд, из русских поэтов, ну, скажем, начала века был по своему духу, по своим стихам рокером?
А.М.: Кто его знает... Все в свое время происходит: тогда такой музыки не было, и сочинять что-либо по этому поводу, честно говоря, мне не хочется.
- А среди поэтов, наших современников, есть настоящие поэты? Или и о поэзии сегодня говорить не приходится?
А.М.: Она есть, но ее почти перестали совсем печатать.
- Вас это печалит?
А.М.: Да... Потому что есть масса интересных молодых поэтов, которых я не имею возможности прочитать и даже узнать об их существовании.
- Может быть, Андрей Макаревич помог бы им, сделал бы программу на их стихи, написал бы музыку на стихи тех поэтов, кто вам интересен? Глядишь - и "раскрутили" бы так кого-нибудь...
А.М.: Я совершенный противник того, чтобы стихи играть под гитару. Стихи надо читать, а под гитару надо петь песни. Это совершенно разные вещи.
- Что-то будет еще сделано с ПАПОРОТНИКОМ?
А.М.: Возможно... Не знаю... Желание есть, это уже немало. Все, многое от времени зависит.
- Вам его жутко не хватает?
А.М.: Нет, не жутко. Просто не хватает...

Олег КЛИМОВ "Музыкальная газета"

* * *

Молодой Макаревич страстно хотел купить электрогитару. Если повезет - чешскую, болгарскую, а лучше всего - "Музиму" производства ГДР. Настоящие инструменты в Москве 70-х можно было купить либо в магазине "Лейпциг", либо на Неглинке, где процветала биржа подпольной торговли музыкальным дефицитом. Однажды, когда вокруг очередной гитары столпились знатоки, Андрюша протиснулся в эпицентр и робко поинтересовался ценой. Ответ - "шестьдесят рублей!" - чуть не сшиб его с ног. Наивный Макаревич уже принялся умолять продавца, чтобы тот подождал, пока он сбегает за деньгами, - и только тут заметил ухмыляющиеся морды. "Иди-иди, мальчик, тут люди делами занимаются!.." - безжалостно прогнали его спекулянты. И поскольку Макаревич был ранимым юношей, он ушел прочь, глотая горькие слезы. Впрочем, фирменный инструмент Андрюша все-таки раздобыл. И помог ему в этом никто иной как 16-летний Кинчев, наш будущий рок-демон. Оказывается, Костя обладал коммерческой жилкой с юных лет. Еще октябренком он заработал первую копейку, перепродав... очередь в мавзолей. (Может, поэтому в будущем Кинчев и выучился на экономиста?) А в 76-м году у приятеля, который завязал с музыкой, он купил за 1000 рублей настоящую американскую гитару "Gibson". Поиграл немного и понял, что не по Сеньке шапка. И - загнал ее Макаревичу. Но уже за две тысячи!..

"Музыкальная газета"